?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
САМСЕБЯИЗДАТ
vahromey
Миниатюра с последнего "Астра-блица".
Тема: "Лицензия на отстрел литературных героев".


ИМЯ В ТИТРАХ

Очередь на Фильтре в пятницу оказалась безобразно длинной. Зал ожидания не вмещал желающих.
Янош, выглянув из подсобки, велел Золтану распахнуть входные двери и законтрить их шпингалетами. «Апельсины» забили узковатый тамбур, облепили крыльцо и оккупировали прилегающий тротуар. Сидели, подсунув куски картона, подстелив газеты или носовые платки.
Оно и понятно: всякая подпись мечтает стать автографом, а всякая персона — нырнуть в вечность. Закрепиться. Попасть в «титры», как говорят профессионалы. Но чтобы в конце рабочей недели такой обвал... Или демиургам опять стали платить полистажно?..
Янош выкатил электронные весы, включил визуал-стенд и махнул Золтану:
— Запускай!
«Апельсины» заволновались, но Золтан, возвысив голос, гаркнул:
— А ну-ка! Кто полезет без очереди — пристрелю! Вы меня знаете!
И для вида погладил кобуру ладонью.
«Апельсины» немного присмирели — в передних рядах стало потише.
К обеду они использовали дюжину этикеток «турбо» и три этикетки «люкс». Эти сразу могли отправляться в «титры». Объективный вес, прорисовка и тираж у счастливцев были выше среднего уровня. Процентов тридцать приходилось на «сотенных»: тираж — от силы двести экземпляров. Тут приговор был стандартный — «лишение свободы воли» или «ожидание вплоть до особого распоряжения». Но основной поток составляли «рукописные». Отсутствие тени, одежонка с чужого плеча, размытые черты лица, ломаная жестикуляция. А значит и шансов ноль. Калибровка для них — последняя станция. Дальше — утиль.
Золтан лично утилизировал семьсот пятьдесят три персоны, когда перед ним возник смугловатый парень в шортах цвета «хаки» и сизой рубахе в крупную клетку.
— Какая прелесть! — сказал он. — Работает машинка.
— На весы попрошу, — произнес Золтан на автомате.
— Ни до Шерлока, ни до Фандорина, ни даже до Каменской вам, конечно, не дотянуться, — не обращая внимания на его приглашение, сказал парень. — Но мусора и правда стало поменьше. Апельсинчики, говорите?
На лице у него расцвела улыбка, и от этой улыбки Золтана скрутила ледяная судорога. Он с трудом поднял руку, и Янош, заметив условный сигнал, тотчас бросил визуал-стенд, поспешил ему на помощь.
— И ты здесь! — удивился парень. — Я и забыл, что вас двое. Ладно, это дело поправимое.
Он пошевелил пальцами. Перед глазами у Золтана мелькнуло что-то вроде полицейского нагрудного значка с длинным номером. Затем прямо в воздухе соткалась голограмма — серый квадрат с буквами «Del». Парень надавил на квадрат, и Янош исчез.
— А тебе пора в «титры», — услышал Золтан. — Сейчас подправим...
Пол и потолок поменялись местами. Золтан с головой погрузился в чернильное море, захлебнулся и лихорадочно заработал руками, а когда вынырнул на поверхность, понял, что лежит под деревом, наискосок от входа.
Небо было пепельным, день догорал.
На ступеньках Фильтра еще толклись какие-то мутноватые персоны. Золтан поднялся с земли и, покачиваясь, медленно побрёл к ним.
— Эй, фрукты! – позвал он. — Кто крайний?





28.07.18

© С.Ф.