САМСЕБЯИЗДАТ
vahromey
Новая «вареничная» миниатюра, написанная для июльского конкурса.
Тема от альманаха «Полдень» - «На дальней станции сойду»



ЛЕКАРЬ
 
 
Он приехал на закате.
На нём был длинный чёрный плащ, достающий до щиколоток, и широкая шляпа «охотник на ведьм». В руке он держал старенький кожаный саквояж.
Медленно прошествовал по платформе в направлении деревянного домика с надписью: «Касса». Крохотное полукруглое оконце было закрыто. От стены навстречу ему отделились две тонкие фигуры — мальчишки лет по двенадцать: один тёмненький, кучерявый; другой блондин с голубыми глазами.
— Это мы вам писали, — сказал кучерявый. — У нас тут явные следы износа.
— Прекрасно! — Приезжий слегка наклонил голову, остро рассматривая ребят из-под шляпы. — Как вас зовут, юные следопыты?
— Тюандрей, — представился кучерявый.
— А я Вотолег, — назвался голубоглазый и спросил: — А вас как?
— Зовите меня Лекарь, — сказал приезжий. — Не будем терять времени. Куда идти?
Ребята повели его через железнодорожное полотно.
Сразу за узкой лесополосой начинался выгоревший луг. Жухлая трава в свете заходящего солнца отливала багрянцем.
— Мы хоть и живём в конце мира, но понимаем: уровень неблагополучия в стране растёт из-за пробоин в небесной тверди, — говорил Тюандрей, шагая туда, где небо упиралось в землю. — Вот и Дума приняла свиток новых законов: о разграничении прав живущих и доживающих, о восторженном отношении к мыслям президента, об обязательном ежевечернем преклонении колен. Куда уж дальше-то?
— Довлеет дневи злоба его, — хмыкнул Вотолег.
Лекарь шёл молча. Должно быть, ему было не очень комфортно в его наряде. Длинные полы путались в ковыле, шляпа перекрывала обзор, саквояж оттягивал руку.
Наконец Тюандрей сказал:
— Здесь. Пришли.
На лазурной стене, прямо на уровне глаз, видны были множественные отверстия, каждое величиною примерно с кулак. Казалось, будто снаружи кто-то кусал небесную твердь или пытался проглотить её. Разорвать не разорвал, но изрядно попортил, продырявив в дюжине мест.
Сквозь отверстия сочился сизоватый дымок с жутким запахом.
— Классическая «пасть» второго типа, — сказал Лекарь. — Залатаем.
Он скинул плащ и шляпу, предъявив ребятам узкие плечи и стриженную «под горшок» голову. Поставил саквояж на землю, раскрыл его и вынул диких размеров катушку со светящейся золотой нитью. Сноровисто обметал твердь вокруг отверстий и жёстко стянул нить. Стал тщательно расправлять складку за складкой.
Тюандрей сделал движение, словно выныривал из глубины, и, зачерпнув из невидимого ведра замазки, вдруг быстро провёл ладонями по складкам. Образовалось светящееся пятно, а твердь в этом месте стала гладкой и упругой.
— Великий Дима! — Лекарь посмотрел на ребят и покачал головой. — Кто научил вас латать реальность?
— Это же легко, — сказал Тюандрей. — Ниток только нет.
— Я вам оставлю запас, — сказал Лекарь. — Шейте и латайте сколько влезет. Только не вздумайте раздвигать границы мира!
Потом он достал из саквояжа баллончик с краской и стал брызгать на небесную твердь: «!ьтирук етйасорБ !амиД йикилеВ»
Конечно же, умение говорить с богами не предполагало, что ему ответят.




 
14.07.2018
 
© С.Ф.

САМСЕБЯИЗДАТ
vahromey
Новая миниатюра, написанная для литературной секции «Поиск / Созвучие»
Тема: «Кривые дороги хороши»



МИЛЫЙ ДРУГ



Браслет у Вики был чудесный. С разноцветными круглыми камешками и маленьким красным сердцем, болтающимся на жёлтом колечке.
Агата попросила:
— Дай!
— Нетушки, — сказала Вика и покрутила кулачком прямо у Агаты под носом. — Это только мой! Видишь, как блестит!
Агата заплакала.
— Ну и рёва! — сказала Вика. — Всё равно не дам.
Во время тихого часа Агата не спала.
— Хочешь браслет? — спросил её Лю. — Тогда возьми!
Агата осторожно полезла пальчиками Вике под подушку, уцепила браслет и потихоньку отнесла его в свой шкафчик.
 
— Это ещё что? — спросила мама вечером, увидев у дочки незнакомую игрушку.
— Это бласлет, — объяснила Агата.
— Чужой?
— Мой.
— Откуда у тебя?
— Мне Лю подалил.
— Опять этот Лю!
Папа взял Агату на руки.
— Детка, ты же у меня большая девочка? И понимаешь, что чужое брать нехорошо?
— Он не чюзой! Мне Лю сказал взять. И я взяла. Тепель он мой! Мой!
— По кривой дорожке пошла, — сказала мама скорбно. — Что-то рановато.
— А сто это — кливая долоска? — спросила Агата резонно.
— Кривые дороги хороши, если едешь на чужой машине, — пошутил папа.
— Миша, что ты несешь?! — возмутилась мама.
— По кривой дорожке идти весело! — заметил Лю, и Агата запомнила.
Родители посовещались и вернули браслет девочке Вике, не устраивая публичных покаяний. Дескать, дочка нашла на полу, возле кровати. Мама правда сказала:
— Ещё раз услышу про Лю, задам трёпку обоим!
 
Учась в шестом классе, Агата завела второй дневник — для плохих отметок. Лю подсказал: «Кривые дороги хороши, когда они уводят от наказания». Она не спорила. Конечно, так было правильнее. Зачем портить пачкотнёй хоровод пузатеньких «пятёрок» и настроение родителям?
Правда открылась в конце учебного года, но актуальности уже не имела.
— Это всё Лю, — сказала Агата с улыбочкой.
— Надо отвечать за свои поступки, — сказал папа. — А не сваливать вину на какого-то Карлсона.
В спортивной секции, где Агата занималась большим теннисом, готовились к юниорскому чемпионату. Номером один была Соня. Агата чуть-чуть поддела её плечом, когда девочки спускались по лестнице со второго этажа. Соня упала и повредила колено. Агата заняла её место и отхватила кубок.
Лю одобрительно кивнул: кривые дороги хороши, если их прокладываешь сам.
На экзамене по химии Агата решила воспользоваться шпаргалкой. Пептиды-полипептиды. Формулы, похожие на пчелиные соты. Никогда не получалось верно их запомнить. Её поймали и выставили из класса. Потом разрешили пересдать, но нервотрёпка была ой-ё-ёй!
Лю пожал плечами: «Кривые дороги хороши, потому что каждый ухаб на них ожидаем».
Универ пролетел как один большой праздник. Лю помог дважды: когда сплетня про лучшую подругу Зинку позволила увести у неё обаятельного крепыша Ярика (Кривые дороги обещают больше) и когда взрослая жизнь раскрыла перед Агатой все прелести общения с противоположным полом (Кривые дороги дают возможность почувствовать себя живой и неповторимой).
Голова шла кругом: Агата резвилась больше иных прочих. Училась между делом.
Аспирантура и защита сладились на удивление. Для подстраховки она переспала с научным руководителем (Любая дорога хороша, когда тебе наплевать на стоимость проезда).
Забеременев, Агата вспомнила о Ярике и удачно — а главное — вовремя — вышла замуж.
На кривых дорогах не было заторов и выводили они точно к цели.
Бизнес мужа позволял строить жизнь по своим правилам.
Маленький Никита был очень похож на маму Агату и совершенно не похож на папу Ярика.
— Ты мой яхонтовый! — говорила бабушка.
— Я не яхонтовый, я агатовый, поправлял её Никита.
Все устремления его были связаны с автоспортом — ровно до тех пор, пока Агате однажды не позвонили из отделения полиции и не сказали, что её сын сбил семилетнего ребёнка. Выбранная дорога не позволяла расслабиться и отпустить вожжи. Лю и тут предложил правильный выход: нужно было договориться со следователем. Деньги в качестве убедительного довода имелись. Агата бы и хотела, но на горизонте замаячили родители пострадавшего мальчика, и Агату заклинило. Ехать по этой дороге было нельзя, а других дорог просто не существовало.
Она упала перед Лю на колени и попросила изменить расклад. Лю долго не соглашался, предупреждал о последствиях, но Агату было не переубедить. Тогда Лю метнул кости, и сбитый мальчик в этот день оказался за городом, на даче у бабушки, а Никита въехал в металлоконструкцию, предназначенную для размещения уличной рекламы.
Агата радовалась так, будто вновь утащила яркий браслет у давно забытой девочки Вики. Она неслась в больницу, где врачи гипсовали Никиту, и понимала, что Лю пристально наблюдает за ней.
Вот только впервые он наблюдал молча.
Возможно, он был разочарован.
 




10.07.18

© С.Ф.

САМСЕБЯИЗДАТ
vahromey
Новая миниатюрка с последних «Вареников»
Темы:
1. Двойное небо (Алексей Евтушенко)
2. Пришлое прошлое (Вячеслав Рыбаков)


ДЫШИТЕ ГЛУБЖЕ!

Шарнир заедал. Приволакивая правую переднюю ногу, жёлтенькая овечка Долли упорно шла по кругу. Санька хватала её пальчиками за бока и подпихивала в нужную сторону. Кормила бумажной травой, приговаривая:
— Ах ты непослушница! Куда опять копыта намылила?
А Лариса тупо пялилась в планшет.
Поверить было невозможно. Вообще.
Лотерея! Семь из сорока девяти. Более восьмидесяти пяти миллионов комбинаций.
А вот взяла и угадала! Взяла и выиграла! Двести сорок два миллиона деревянных рублей. Как с куста!
Из грязи - свечой в небеса!
Если, конечно, это не развод и не начало маразма.
Счастье осознавалось с трудом — разило от него искусственностью сериалов для домохозяек.
И надо было ехать в столицу за выигрышем. Саньку вот только оставить не с кем.
 
Фирменный скорый простёгивал осеннюю степь. Топорщились крахмальные занавески на окнах. Попутчица с разговорами была неотвратима, как налоговое бремя.
— В Москву? Каникул не дождались?
— Нам в школу на будущий год.
— Папу дома оставили?
— Папа наш альпинист... был. Погиб при восхождении на Эйгер.
— Ой, лишенько! Трудновато одной?
Беспардонное участие. И не заткнёшь ведь.
Долли кружила по нижней полке. Санька загнала её в импровизированный туннель меж двух подушек. Скомандовала:
— Смирно стоять! Спать!
 
Гостиничный номер — стандартный: кровать, телевизор, минибар.
Распаковали сумку.
— Ой, мамочка, а где Долли?
Лариса попыталась найти правильную интонацию.
— Доча, мы её, кажется, в поезде забыли…
— Ма-ама!
— Не плачь! Ну, не надо, маленькая! Я тебе сто таких долли куплю.
— Мне не нужно сто! Мне нужна моя Долли! Моя! Папина! Лучше бы я умерла!
 
Ларису лихорадило. Валерьянка и корвалол не помогали.
На вручении символического лотерейного билета размером с континент было людно. И Санька потерялась. Вот только что маячила перед глазами и вдруг — исчезла.
Лариса спохватилась после третьей порции брюта.
Случился скандал. Ну ещё бы! Пропала шестилетняя девочка. Дочь главного победителя.
Мегаполис! И время неспокойное.
Вызвали полицию, осмотрели игровой центр. Обнюхали всех с ног до головы: как? где? кто видел последний? фото девочки позвольте? может, телефон есть у ребёнка? родственники, знакомые в столице имеются?
Брют заменили нашатырём. Небо качало Ларису в мягких объятиях, но нечем было дышать.

На пороге ночи, когда земная твердь ушла из-под ног Ларисы, и ушла, казалось, навсегда, её почти силком отвезли в гостиницу.
В холле, на скамье, спрятанной за квадратной колонной, сидела сонная Санька и шёпотом учила пластмассовую овечку:
— Надо слушаться тех, кто тебя любит! Папу и маму! И девочку Саню!
Лариса кинулась к ребёнку, обхватила крохотное тельце.
— Мамочка, мне было так грустно и так жалко Долли! — сказала Санька, выворачиваясь. — И я попросила папу помочь. Он приехал, и мы с ним нашли наш вагон, и нашли Долли, и это была радость, а она оказалась голодная, и я её покормила немножко, а потом папа ушёл, и я начала ждать тебя.
Лариса прижала Саньку к груди и молча, стиснув зубы, завыла.
Небо отпускало её.

08.06.18

© С.Ф

САМСЕБЯИЗДАТ
vahromey
Тема «вареничной» миниатюры: «Незаметный как небо»


БЕЗ ПРИСМОТРА
 

В воскресенье вечером Димка засопливил, и Андрей с Кирой решили в садик его не вести.
Пускай несколько дней посидит дома. У Андрея как раз «застольный период», сможет попоить сына АЦЦ, если появится кашель, забрызгать в нос ринофлуимуцил и вообще побыть на страже.
Димка, конечно, обрадовался. Вдвоём с папой, на домашних харчах, без хождения парами, а может, и без надоевшего дневного сна. Красота же!
В понедельник он взялся за постройку города. В ход пошли кубики, пластилин, канцелярский клей и картон.
Андрей высмаркивал, промывал, капал и кормил по часам. В остальное время занимался проектом, позволив Димке творить в своё удовольствие.
К четвергу город занял всё свободное пространство между журнальным столиком и телевизором. Димка самозабвенно городил здания, внедрял радиальную уличную систему, оснащал дороги светофорами, налаживал работу больниц, школ, ТРК и маленьких магазинчиков.
В пятницу накрыл город куском голубоватого оргстекла, набросал сверху ваты и засветил солнце-настольную лампу.
Андрей старания сына оценил и задал главный вопрос:
— И кто живёт в твоём городе?
— Люди, — сказал Димка. — Как мы.
— Они знают, кто их создал?
Димка задумался.
— Когда им что-то нужно, они просят небо, — сказал он. — Ну и меня.
— Разве они знают твоё имя?
— Они думают, что небо это и есть я.
Видно было, что он всё-всё продумал.
Андрей покачал головой. Усмехнулся. Потрогал лоб сына и заставил пошмыгать носом. То ли вирус отступил несолоно хлебавши, то ли был побеждён регулярными впрыскиваниями и творческой самоотверженностью.
В субботу Кира повелела вывести Димку на свежий воздух, и Андрей предложил сыну прогуляться до «Вавилона». Димка кинулся к телефону, ударил по кнопкам и что-то зашептал в трубку.
— Чтобы совсем не заснули, пока меня не будет, — объяснил он Андрею. — Проверим?
Андрей неопределённо кивнул.
Едва они вошли в супермаркет, вокруг забегали люди в пятнистой униформе и всех стали просить покинуть помещение. Андрею стало страшно, он схватил Димку в охапку и заторопился к выходу. Вокруг здания уже натягивали красную ленту. Опустели кафешки, гранитный парапет, лавочки перед фонтаном. Быстро ходили кинологи со служебными собаками и собровцы в защитных шлемах.
Окружающие переговаривались и старались поскорее убраться с опасной территории.
Вокруг говорили, что был звонок и что это чья-то глупая шутка, что если рванёт, мало никому не покажется, что нефиг лезть куда не просят и что мир сошёл с ума, что бог был здесь до семнадцатого года, но не этого, а сто лет назад…
Андрей подумал, как хорошо было бы выслушать и того, кто писал сценарий. Может, он потратил все силы на постройку мира, а на людях подустал или сэкономил?
Андрей запрокинул голову.
Небо было чистым и высоким.
В нём по одной линии выстроились перистые облачка, немного похожие на буквы. И буквы эти складывались во вполне осмысленное слово.
«Щасвирнус».
Андрей посмотрел на Димку. Тот задумчиво ковырял тротуарную плитку носком сандалии.
— Пойдем уже домой, а? — тихо сказал он.
 

06.10.17

© С.Ф

САМСЕБЯИЗДАТ
vahromey
Январская "вареничная" миниатюра.


А ТЕПЕРЬ НЕ СМОТРИ!


— Папочка, папочка, а ты знаешь, Арина сегодня нарисовала жука, а я его не боюсь, а потому что он милый и похож на божью коровку, не такой, как пауколапочные сороконожки, которые живут где сыро, где очень много сыра, папочка, они та-ак любят сыр!.. а Сева схватил мой шоколадный сырок за обедом, и Женя принесла мне ещё, и было вкусно... папочка, а ты сегодня почему так поздно?.. а у меня после сна был длинный-длинный плач… а потому что Жорик забрал мою феечку Динь-Динь и сказал, что пусть она теперь поживёт у него, а я так не хотела, и тогда он дал мне свою планету, чтобы я там всё-всё подмела и помыла, только он сказал, что у меня очень не получится… вот, папочка, смотри, смотри!..
На ладошке у Насти лежала точилка для карандашей в виде земного шара. Размер — чуть поболее грецкого ореха, но океаны и материки прорисованы филигранно. К итальянскому сапожку присох кусочек жвачки. Россия была почему-то жёлтого цвета, а карандашная дырочка зияла в центре Антарктиды.
Точилка как точилка. Я посмотрел и вежливо хмыкнул. Следом за мной хмыкнул соседский пёс Джек, который, как обычно, встречал нас у калитки.
— Не веришь? — спросила его Настя.
Джек облизал ей пальцы и, помахивая куцым хвостом, потрусил восвояси.
— Мыть руки! — сказал я. — Немедленно!
Настя вбежала в дом, скинула шубку и понеслась к умывальнику. А я разделся и включил телевизор. Новостной канал жевал тему Апокалипсиса. В Италии творилось что-то невероятное. Таких наводнений Аппенинский полуостров ранее не ведал никогда.
Всемирный потоп, похоже, в этом году зародился на Средиземноморье.
Настя, улыбаясь, предъявила мне планету. Она отскребла жвачку и смыла с материков многовековую грязь. Океаны сверкали, будто их напоили солнцем.
Ну, игрушка. Новая, в отличие от. И как это Жорик не побоялся с ней расстаться?
Впрочем, Насте быстро надоело. Спать, когда пришло время, доча пошла, прихватив с собой в постель подружек Динь-Динь.
Я взял в руки точилку. Обнюхал. Пожал плечами. Ерунда какая! Покрутил в ней красным карандашом. Вытряхнул стружку.
Потом вошёл в спальню и положил точилку на подушку, рядом с Настей.
Изнутри шарика проступила нестерпимая голубизна. Над обеими Америками поползли облака. Очень хотелось посмотреть, как там Россия.
Я протянул руку, но меня вдруг охватил озноб. Страшно было перевернуть планету. Медленно-медленно шарик стал поворачиваться сам.
Я затаил дыхание.


13.01.2017

© С.Ф.

(no subject)
vahromey

ГАДАНИЕ НА ВАРЕНИКАХ



Погадать на варениках

НОВАЯ КНИГА. И ОПЯТЬ ПРО БИТЛЗ :)
vahromey
Оригинал взят у burkin в НОВАЯ КНИГА. И ОПЯТЬ ПРО БИТЛЗ :)
Эта книгу решило издать буквально новорожденное издательство питерское "Пальмира". Без стартового капитала, а воспользовавшись системой "Бумстартер". Смысл в том, что если за месяц наберется заказов на 100 т.р., книгу выпустят и разошлют заказчикам, если не наберется, вернут деньги и проект закроют.
https://boomstarter.ru/projects/562987/the_beatles_v_sssr_ili_inoe_nebo
И когда кто-то еще возьмется ее издать, неизвестно. Рукопись и так уже была закончена почти два года назад.
Так что я буду очень рад, если вы закажете книгу и благодарен за перепост.
Там есть одна дикая штука - книги с автографом продаются дороже. Я сперва воевал против этого, потом плюнул. В конце концов, никто не заставляет этим воспользоваться. И вряд ли кто-то захочет заплатить втридорога за мой автограф :)


Фэнзин № 08 выложен на сайте
vahromey
Оригинал взят у bitutsky в Фэнзин № 08 выложен на сайте

На сайте клуба http://club-attraction.ru выложен № 08 фэнзина "Притяжение".
В номере:
Рассказы июльского конкурсного заезда семинара "Вареники".
Модуль июльских рассказов конкурса-тренинга "Астраблиц".
Замочная скважина: фрагменты будущих книг Алексея Евтушенко, Романа Злотникова, Святослава Логинова, Натальи Болдыревой.
Эксклюзив: рассказ Леонида Кудрявцева, написанный специально для фэнзина.
Фанткалендарь на сентябрь от БВИ.
Призовые публикации рассказов из топов "Вареников" у партнёров конкурса: "Полдень" и "Мир Фантастики".
Первый рабочий результат работы семинара "Вареники": целевой заезд для сборника "Шексп(и/е)рименты". Книга отпечатана.
Анонсы книжных новинок издательств, анонсы книг наших друзей.
Новости конвентов.

Спасибо корректору Полли Лаврушкиной и разработчику движка конкурса Игорю Прососову!
Перепост информации о фэнзине с благодарностью приветствуется.
Я убеждён, многим читателям наш фэнзин будет интересен, если они про него узнают.

САМСЕБЯИЗДАТ
vahromey
Написано на очередной "Астра-Блиц".
Тема: "Беспорядочные причинно-следственные связи"



СТУПЕНИ


Рита медленно ввела маме длинный инсулин, привычно посчитала до десяти и вынула иглу.
Мама поморщилась, завела плаксиво:
— Ритуля, ну не надо тебе туда ходить! Галина Аркадьевна вчера на картах раскинула. Пустое.
Вместо ответа Рита стала молча собирать сумочку. Так. Пудреница, помада, расчёска, влажные салфетки. Резюме в прозрачном файле.
Ожил мобильник.
— Маргарита Сергеевна? — Снова этот бархатистый голос, от которого по спине мурашки. — Вы взвесили возможные последствия?
— Слушайте, идите к чёрту! — сказала Рита в сердцах. — Я вам уже говорила: знать не знаю никаких кредитов. И порученцем ни у кого не выступала.
Нажала «отбой».
Мама сразу оживилась.
— Кто это?
— Ошиблись номером. Если до часа не успею, не забудь, пожалуйста, короткий сделать. Сама! — произнесла веско, чтобы пресечь возражения.
Главное гадство в том, что банк продал надуманный долг коллекторам, а те никаких объяснений не слушают, выносят мозг, давят на психику. Ну, допустим, вертела она их… У неё совесть чиста, а там пусть хоть перекувыркнутся… Даже юмор можно найти в ситуации, если постараться. «БТР-банк»! Собеседование. И от их же имени её достают вторую неделю. А вдруг у них там единая база? Тогда это дохлый номер.
Рита сбежала по лестнице и окунулась в развесистый июльский зной.
Автобус благоухал потными горожанами, не уехавшими на моря. Рита по-рыбьи хватала ртом горячий воздух, вытянув шею в сторону приоткрытого окна.
Перед свечкой бизнес-центра её толкнули под локоть и попытались сорвать с плеча сумочку. Рита устояла и сумочку сберегла. Растерянно завертела головой и уткнулась взглядом в мужчину в инвалидном кресле. Небритые скулы. Грустные глаза. Мужчина сидел как бы отдельно от всех, очень обособленно, отстраненно — на самом солнцепеке. Слева от него начинался парапет, ведущий к раздвижным дверям, справа — широкие пологие ступеньки. Дальше — бетон, стекло. На коленях у мужчины лежала пачка исписанной бумаги, точнее две пачки. Он брал листик из левой, просматривал его, переворачивал, снова просматривал и аккуратно перекладывал в правую.
Рита сделала робкий шажок навстречу. И тотчас мощный порыв ветра взметнул бумаги, веером бросил их на мостовую.
Рита кинулась собирать. Со всех сторон двигались люди, но никто ей не помогал. Равнодушно шагали. Перешагивали. Она кое-как подровняла края расползающихся страниц. Протянула владельцу. Разгребать тому теперь и разгребать.
— Мама, ты принята, — сказал инвалид, глядя сквозь неё. — Но это не твой путь.
Рита вздрогнула и побежала к раздвижным дверям. Похоже, она опоздала. На третьем этаже, в приёмной ей сказали:
— Собеседования на сегодня закончены. Оставьте резюме.
Рита положила файлик на стол и подумала, что Галина Аркадьевна опять оказалась права.
Едва выйдя на улицу, она натолкнулась на инвалидное кресло, в котором лежала толстая картонная папка. На папке было написано: «Рита Гордеева. От и до». Дёрнула за тесёмки. Первой почему-то шла страница под номером сто тринадцать.


24.09.2016


© С.Ф.

Новости бумажного Полдня
vahromey
Оригинал взят у svet_smoroda в Новости бумажного Полдня
Содержание второго тиражного выпуска альманаха "Полдень"

Замыслы и воплощения
Дмитрий Ахметшин «Лес потерянных вещей», повесть
Наталья Волочаевская «Анатомичка», рассказ
Евгений Руденко, Мария Шурыгина «Казус Лютика», рассказ
Марина Ясинская «И наступило лето», рассказ
Юлия Зонис «Семя быстрого человека», рассказ
Татьяна Берцева «Практикантка», рассказ
Ксения Йора «Сначала было слово печали и тоски», рассказ
Олег Чувакин «Что за прелесть моя невеста», рассказ
Тимур Максютов «Путь», рассказ
Андрей Рассказов «Граф», рассказ
Александр Юдин «Легкий способ», рассказ

Задачи и решения
Вартан Бабиян «Шандров и Чекаев», миниатюра
Андрей Буров «Улетай, не оставайся» , миниатюра
Евгения Данилова «Последнее желание» , миниатюра
Евгения Данилова «Отпусти» , миниатюра
Ольга Дорофеева «Хочу и буду» , миниатюра
Сергей Игнатьев «Гдетотам» , миниатюра
Елена Шмидт «Химия и жизнь» , миниатюра

Личности и размышления
Станислав Бескаравайный «Две культурные дилеммы в представлении о технологической сингулярности»
Владимир Ларионов «Дождь в огне»

Выход в свет по плану - вторая половина ноября.


?

Log in

No account? Create an account